РУСЬское артельное государство (igor_mikhaylin) wrote,
РУСЬское артельное государство
igor_mikhaylin

Categories:

Битва за Новгород (Исторические заметки)

Оригинал взят у penza_city_com в Битва за Новгород (Исторические заметки)
Это как раз первая тема из исторической серии "Исторические заметки". Материал ценен тем, что оценка событий основывается на интересах Русского народа.
Оригинал взят у yury_krugovyh в Битва за Новгород
Люди любят легенды. От них веет запахом таинственного прошлого и волшебства. Россиянская либеральная интеллигенция – особый род представителей вида homo sapiens и легенды она тоже любит особенные. Чем больше грязи нечистот в них вылито на Россию и русский народ, тем сказка ей милее. Ну а уж те, в которых говорится об «исконно-посконной рабской сущности русских» или «несостоятельности русских как нации», и вовсе заставляют рукопожатую общественность визжать от экстаза. Своим утробным упыриным воем.

Одна из таких легенд называется «О покорении рабской татарской Московией свободолюбивого европейского Новгорода». В легенде этой Великое Московское княжество выступает в качестве тоталитарного государства, простое население которого томится под крепостным игом, в то время как в господине Великом Новгороде цветут и пахнут демократия и всяческие вольности. А как было на самом деле?

Классический образ Новгородской республике можно отнести лишь к раннему периоду, когда ее население составляли свободные общинники и горожане. Члены городской общины непосредственно участвовали в принятии решений на вече и составляли народное ополчение, которое обладало довольно неплохими боевыми качествами. В 1136 г. новгородцы изгоняют городского наместника Всеволода Мстиславича и устанавливают у себя республиканское правление. С этих пор князья призывались уже самими горожанами, а их обязанности ограничивались судом и военными вопросами. Князь был необходимым элементом поддержания равновесия политической системы республики, хотя новгородцы могли запросто его изгнать из города. Чем и пользовались постоянно [1].
273.69 КБ
Васнецов. А. «Новгородский торг»

Однако примерно с XIII века в Новгородской республике начинается социальное расслоение. Право собирать налоги с государственных земель постепенно делегируется частным лицам. В свою очередь это вызывает цепную реакцию, характерную для всех европейских народов: по мере усиления власти на крестьянами, владелец получал землю в полную собственность, что в дальнейшем позволяло ему развивать свой натиск - уже на личную свободу общинников [2]. Процесс этот происходил в Новгороде колоссальными темпами и оказался завершен к середине XIV века [3], а уже к началу XV относятся первые сведения о прикреплении крестьян к земле [4]. «Ко времени падения республики закрепощение крестьян в Новгородской земле шло уже полным ходом» [5].

Это может удивить на первый взгляд, потому что первые ограничения на переход крестьян в Московии появляются лишь в 1497 г., а полное закрепощение относится аж к «Соборному уложению» 1649 г. Однако этот факт лишь снова подтверждает суждение о том, что самыми ярыми сторонниками крепостного права в европейских государствах являлись вовсе не монархи, а представители дворянства и аристократии: чем слабее была верховная власть, тем быстрее удавалось поставить свободных общинников в крепостную зависимость. В Новгороде, правда, во главе процесса стала не служилая, а торговая знать, за счет накопления огромных капиталов имевшая большое влияние уже в XII веке [6].

Естественно, что социальное расслоение вело к расслоению политическому. «В XV в. управление фактически перешло в руки немногих бояр, вече превратилось в игрушку немногих боярских фамилий, которые подкупали и своим влиянием составляли себе большие партии на вече из так называемых "худых мужиков вечников", заставляя их действовать в свою пользу; таким образом, с течением времени новгородское устройство выродилось в охлократию, которая прикрывала собой олигархию. Другой причиной политической слабости Новгорода, кроме внутреннего сословного разлада, было равнодушие областей к судьбе главного города, вследствие чего, когда Москва стала думать о подчинении Новгородской области, она незаметно достигла этого подчинения и не встретила крепкого отпора со стороны новгородского населения. Таким образом, причина падения Новгорода была не только внешняя — усиление Московского государства, но и внутренняя; если бы не было Москвы, Новгород стал бы жертвою иного соседа, его падение было неизбежно, потому что он сам в себе растил семена разложения» [7].

Так какое все-таки значение имеет покорение Новгорода для истории русского народа?

Зайти тут нужно издалека. После нашествия монголо-татар обозначились два центра претендовавшие на воссоздание единого русского государства: один на западе под главенством литовского князя, а другой на северо-востоке, где с переменным успехом боролись Тверь и Москва. Длительное время позиции Литвы, сумевшей объединить большую часть русских земель, были более впечатляющи. О многом нам может поведать уже официальное название этого государства: Великое княжество Литовское и Русское. Русский же был официальным языком государства. Двумя основными конфессиями являлись язычники, к которым относилось литовское меньшинство, и православные, которым не чинилось никаких препятствий.

Какое-то время Литва была реальной альтернативой Москвы. В 1368, 1370 и 1372 гг. князь Ольгерд трижды ходил в походы против Дмитрия Донского (1350-1389), вмешиваясь в его усобицу с тверским князем. Однако никакого успеха они не принесли: в итоге Михаил Тверской согласился признать Дмитрия старшим братом и вступить с них в антиордынский союз. Пройдет два десятилетия и успехимосковского князя на Куликовско поле станут началом перелома в противостоянии двух объединительных проектов. «Политическое же и национальное значение Куликовской битвы заключалось в том, что она дала толчок к решительному народному объединению под властью одного государя, московского князя. С точки зрения тогдашних русских людей, события 1380 г. имели такой смысл: Мамаева нашествия со страхом ждала вся северная Русь. Рязанский князь, боясь за себя, "изменил", войдя в покорное соглашение с врагом. Другие крупные князья (суздальско-нижегородские, тверской) притаились, выжидая событий. Великий Новгород не спешил со своей помощью. Один московский князь, собрав свои силы, решился дать отпор Мамаю и притом не на своем рубеже, а в диком поле, где он заслонил собой не один свой удел, а всю Русь. Приняв на себя татарский натиск, Дмитрий явился добрым страдальцем за всю землю Русскую; а отразив этот натиск, он явил такую мощь, которая ставила его естественно во главе всего народа, выше всех других князей. К нему, как к своему единому государю, потянулся весь народ. Москва стала очевидным для всех центром народного объединения, и московским князьям оставалось только пользоваться плодами политики Донского и собирать в одно целое шедшие в их руки земли» [8].
156.23 КБ
П. Рыженко Куликово поле

Дело дошло до того, что литовский князь Ягайло, еще недавно собиравшийся идти на помощь Мамаю, заключил с московским князем два договора, по которым получал в жены дочь Дмитрия Донского, подчинялся верховной власти московского князя и признавал православие государственной религией ВКЛ [9]. «Таким образом, династическое по форме московско-литовское сближение планировалось как государственное объединение (уния) княжеств, где Великое княжество Литовское находилось бы в зависимости от Московского великого княжества. […]Как известно, оба договора имели предварительный характер и не были реализованы. Решающую роль в этом сыграли враждебные Москве акции Орды и позиция кругов литовской знати, искавших выход из кризисного состояния своего государства в его унии с Польским королевством. Не исключено, что перспектива особенно тяжелой даннической зависимости от Орды [после нашествия Тохтамыша на Москву в 1382 г. – Ю.К.] оказала влияние на политические настроения феодалов подвластных Литве княжеств Руси и также сыграла роль фактора, способствовавшего преобладаний в среде литовской знати близкой к Ягайлу группировки, которая опасалась утратить свои господствующие позиции в части земель Руси и ориентировалась на Польское королевство» [10].

Изменить ситуацию не было никакой возможности. Нашествие было внезапным и собрать войско князь не успел. К тому же, авторитет Тохтамыша как Чингизида, в отличие от самозванца Мамая, был выше, что существенно увеличивало ставки в случае проигрыша (покушение на «законную власть»!) и не вызывало лишнего воодушевления у союзников Москвы. Как бы то ни было, создание русского национального государства пришлось отложить.

Ягайло же в 1385 г. заключил с Польшей Кревскую унию, по которому, в обмен на руку польской принцессы Ядвиги, обязывался латинизировать алфавит, перевести братьев, бояр и народ в католичество, а также присоединить к Польше русские земли. В 1413 г. между двумя государствами была заключена новая уния, которая уже закрепляла за польским королем верховную власть над ВКЛ.

Этими своими актами Литва автоматически вывела себя из борьбы за объединение Pax Russica – русского мира. Геополитическая повестка разворачивалась на 180 градусов. Вопрос дальнейшей политики состоял уже не в том, КТО объединит русские земли, а в том, объединит ли русские земли МОСКВА или же русский народ попадет в иудейско-католическое иго (общеизвестно, что шляхтичи передавали право сбора налогов с поместьев еврейским ростовщикам).

В этом случае владение Новгородом приобретало ключевое значение для способности Москвы к дальнейшему противостоянию с Литвой. И наоборот: подчинение Новгорода Литве ставило бы жирный крест на чаянии русского народа создать свое национальное государство. В конце XIV – первой четверти XV веков противники скорее примеривались друг к другу. Василий I (1389-1425) был зятем литовского князя Витовта, что несколько сдерживало двух родственников от большой крови, но не исключало противостояния вовсе: Литва подчинила себе смоленские и некоторые юго-восточные земли, Москва увеличила территорию в два раза, поглотив почти все русские княжества на северо-востоке. Кроме того, Литву отвлекал конфликт с Тевтонским орденом, завершившийся только с победой польско-литовского войска в 1410 г. в Грюнвальдской битве. После смерти Василия I разгорелась междоусобица между претендентами на великокняжеский престол, сразу за которой последовала и гражданская война в ВКЛ. Ослабленные соперники заключили в 1449 г. т.н. «Вечный мир» (кавычки здесь более чем уместны), по которому разделили все русские земли на зоны влияния (Новгород достался Москве, но понятно, что претензии Литвы на него никуда не делись). Что бы начать решающее сражение требовалось набраться сил. Так мы и подошли ко времени восхождения на престол одно из величайших русских правителей – Ивана III Васильевича (1440-1505). Вот такое наследство досталось молодому князю в 1462 г.(кликабельно)



На западе Литва, которая лишь временно отказалась от намерений захватить все русские земли. На севере ненадежный Новгород, готовый пойти под власть литовского князя. На юге союзница Литвы – Большая Орда, чей хан Ахмат мечтает о восстановлении влияния до уровня золотоордынских ханов. На востоке нейтрально-враждебное Казанское ханство. Ситуация складывалась, мягко говоря, непростая. Но у Москвы было одно большое преимущество: прошедшая смута привела к значительной концентрации власти в руках великого князя. В умелых руках это могло привести к серьезным последствиям, что и случилось в итоге.

Начало большой геополитической игре положили провокации новгородцев. В 1460 г. они чуть не убили на вече отправившего к ним с посольством Василия II. Отговорить их удалось лишь митрополиту Ионе, пригрозившему новгородцам возможностью войны с Москвой и татарами. К этому времени население города было совершенно четко поделено на две части: правящую клику бояр-олигархов, склоняющихся к переходу под власть католической Литвы, и угнетенный народ, симпатизировавший православному государю. После смерти Ионы в 1740 г., боярская верхушка, ведомая Марфой Борецкой, делает решительную ставку на войну с московским князем. Новый претендент на митрополичий престол посылается не в Москву, а в Киев. На княжение в Новгород прибывает литовский ставленник Михаил Олелькович, а Марфа начинает переговоры с польским королем Казимиром IV о вступлении Новгорода в состав ВКЛ на правах автономии. Посовещавшись с боярами, князь принял решение немедленно атаковать, не дожидаясь ратификации договора между Новгородом и Литвой, союзником которой к тому же являлся ордынский хан Ахмат.

Весной 1471 г. Иван III объявил крестовый поход против изменников православной веры, к которому присоединились другие княжества. Не желая воевать за боярскую олигархию, простой народ сдавал города один за другим, а новгородские ополчения, многократно превосходящие отряды московского князя по численности, терпели один тотальный разгром за другим (самое тяжелое - в битве на р Шелонь). Итогом похода стал Коростецкий договор, по которому Новгород уплачивал огромную контрибуцию и соглашался разорвать отношения с ВКЛ. Литва новгородцам на помощь не пришла. Татарский союзник Литвы, хан Ахмат, предпринял на следующий год поход против Москвы, но русское войско встретило его в полной боевой готовности на берегах Оки и успешно блокировало все попытки татар переправиться. Поход окончился провалом.

Марфа Борецкая, тем временем, все никак не могла угомониться и продолжала переговоры с Казимиром. Формальным поводом для нового похода послужила оговорка одного из новгородских послов, поименовавших князя не обычным обращением «господин», а более высоким – «государь», что означало подчинение Новгорода Ивану. Из Москвы на север немедленно отправились послы, потребовавшие утверждение нового титула князя и признания его власти над Новгородом. После отказа московское войско выступило в поход. 15 января 1478 г. Новгород сдался, вечевые порядки были упразднены, а вечевой колокол и городской архив отправлены в Москву.277.93 КБ

Лебедев К. В. Марфа Посадница. Уничтожение новгородского веча

Последняя попытка татарско-литовской коалиции воспрепятствовать созданию Русского Национального Государства была предпринята в 1480 г., после отказа Ивана выплачивать дань Большой Орде. Войска хана Ахмата в октябре подошли к р. Угра, но все попытки переправиться были отбиты русским войском. Положение стабилизировалось. Стороны выжидали. Пока шло время и приближалась зима, к которой татары не имели достаточно провианта, Иван всячески затягивал начало военных действий. Кроме того, русское войско ждало подхода подкреплений. После известия, что Ахмат проводит в степи максимальную мобилизацию сил, Иван отправил отборный отряд по Оке в рейд по татарским тылам.

Испытывающее недостаток в фураже, скашиваемое эпидемией, татарское войско начало отступление 11 ноября, пограбив на пути домой земли союзных литовцев. Правда, Казимир отказался помогать Ахмату не по какой-то злокозненности, а по причине нашествия крымчаков, состоящих в союзе с Иваном, на Подолию. Другой татарский союзник, Ливонский орден, объявивший войну союзнику ИванаПскову, никаких заметных успехов достичь не смог. Так закончилось монголо-татарское иго.
163.62 КБ
Памятник "Стояние на Угре 1480"

Нарастающие притеснения православия приводили к массовому бегству дворян с вотчинами из ВКЛ под власть московского князя. В 1487-1494 гг. разгорелась т.н. «странная война» в которой формально противники войну друг другу не объявляли. Князья в приграничных русско-литовских территориях совершали друг на друга набеги, поддерживаемые войсками верховных князей, захватывали земли. Для регительного броска на Киев Иван пытался сколотить коалицию против Литвы с императором Священной Римской империи и Венгрией, но переговоры срывались по независящим от русских причинам. Литовский князь, не добившийся гарантии помощи от Польши, а также занятый борьбой с турками и венграми, также опасался полномасштабного конфликта. По договору 1494 г. к Москве перешли некоторые пограничные земли, но обе стороны итогами оказались недовольны.

Через шесть лет конфликт разгорелся вновь. Князь бельский и князья северские, притесняемые католической властью, выказали желание перейти на службу к Ивану вместе с владениями. Не дожидаясь подхода литовского войска, Иван немедленно начал войну учинив литовцам разгром в битве под Ведрошей, в то время как союзный крымский хан Менгли-Гирей опустошал литовские земли. Литовцам удалось нейтрализовать крымчаков с помощью Большой Орды, а также натравить на московского князя Ливонский орден. В 1502 г. Ивану пришлось снять осаду Смоленска и отступить. По договору заключенному в следующем году, он получил огромные территории – до трети всех литовских земель. Сын Ивана Василий III завершит создание Русского Национального Государства, присоединив Псков, Рязань и отвоевав Смоленское княжество у Литвы.
122.59 КБ
Рост Московии во время Ивана III и Василия III

Приняв Московское княжество в крайне сложной политической обстановке, мудрый Иван блестяще провел геополитическую игру под нащзванием «захвати Новгород и стань государем всея Руси», не только переиграв соперников по одиночке, но и достигнув максимального результата минимальной кровью. Теперь русских правителям будущего не приходилось больше с опаской смотреть на запад и ожидать чуда в отношениях с Литвой: с этих пор они сами крепко стали в Восточной Европе на двух ногах и могли на равных противостоять западным соседям. Но самое главное, конечно, было в том, что русский народ, впервые после распада Киевской Руси, получил собственный дом, в котором мог найти прибежище и от татарского, и от шляхетско-иудейского ига.

И Новгород, и Москва вписали блестящие страницы в русскую историю, показывая нам прекрасные примеры как способности русских к народовластию и взамодействию с западными странами на равных, так и к беспрецендентной по своему величию борьбы за национальную независимость.  

В следующий раз поговорим о крепостном праве.

Список источников у автора

Tags: Русь, история
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments