РУСЬское артельное государство (igor_mikhaylin) wrote,
РУСЬское артельное государство
igor_mikhaylin

Category:

Чрезвычайное Заявление - Исангелия

Это продолжение для - http://igor-mikhaylin.livejournal.com/162619.html законы Перикла + советы экспертов - единственная основа РЕАЛЬНОЙ ДЕМОКРАТИИ
с комментариями здесь http://community.livejournal.com/0bshinnost/117583.html

http://www.yspu.yar.ru/hreader/
История древнего мира. Расцвет древних обществ. Кн.2.
/ Под ред. И.М. Дьяконова, В.Д. Нероновой, И.С.Свенцицкой М., 1982. С. 182-187.

<Гилиэя - верховный суд присяжных, 5000 чел + 1000 запасных>
Вне очереди рассматривались дела о преступлениях против государства, антидемократических заговорах, по поводу которых вносилось "чрезвычайное заявление" (исангелия) <как я понял, это было без срока давности>. Суд был открытым, гласным. Могли присутствовать не только афиняне, но и приезжие из других государств.

Решение принималось тайным голосованием, простым большинством голосов. Оно было окончательным и обжалованию не подлежало.

===
Магистратов избирали за два месяца до окончания года, чтобы они успели пройти проверку - докимасию.
Способны ли они выполнять свои обязанности? Знают ли законы? Но это обычно не обращали внимания. Требовалось лишь, чтобы каждый кандидат обладал полноценными гражданскими правами и вёл беспорочный образ жизни. Особые претензии предъявляли к архонтам и жрецам: ими могли стать только исконные (в третьем колене) граждане Афин, к тому же лишённые каких-либо телесных недостатков. Стратеги же должны были проявить себя предварительно как искусные военачальники, а кроме того, состоять в законном браке и иметь земельные владения в Аттике.

Под угрозой казни не имели права претендовать на избрание чиновники, не сдавшие отчёта по прежней должности или занимавшие другую, а также государственные должники. Не разрешалось также дважды занимать одну и ту же должность; исключение делалось только для стратегов.

Докимасия завершалась тем, что эпистат приглашал свидетелей, подтверждавших слова кандидата. После этого председатель обращался к народу: "Не угодно ли кому-нибудь выступить с обвинением?" Если охотников не находилось, он тут же проводил голосование. Если же начинались споры, то давали высказаться и обвинителю, и защитнику, после чего решали большинством голосов.

Архонтов подвергали особенно тщательной проверке - в Совете и гелиэе. Пройдя докимасию, они собирались у камня, где лежали внутренности жертвенных животных, и, ступив на него, клялись служить честно, в соответствии с законами и не принимать подарков за свой труд. Если же кто-нибудь нарушал клятву и принимал взятку, он обязывался поставить статую из чистого золота размером в его собственный рост. Не выполнив этого, он должен был отправиться в изгнание.

Магистраты сдавали ежегодный отчёт о своих действиях. Не отчитавшись, они не могли получить венок в награду за службу, претендовать на другую должность; им запрещалось даже покидать пределы страны и свободно распоряжаться собственным имуществом, пока не станет очевидным, что они не присваивали и не растрачивали понапрасну государственных денег. Но, помимо того, в первом собрании каждой притании экклесия обсуждала их деятельность и всякий раз вновь продлевала полномочия. Если вскрывались ошибки или неблаговидные поступки, магистрата немедленно смещали и отдавали под суд. Взяточничество, злоупотребление властью, нерасторопность, беспечность, пренебрежение исконными обычаями, отступление от обычных норм поведения, невыполнение строго установленных обрядов - всё это рассматривалось как преступление. Стратегов привлекали к ответственности за поражение в битве и даже за то, что они недостаточно энергично вели военные действия.

В Совете и в Народном собрании любой гражданин мог выступить с обвинением. Появилась даже особая профессия - сикофантов (доносчиков), специально следивших за чиновниками (и рядовыми афинянами) и возбуждавших против них процессы. Такой неумолимый контроль, по мысли афинских законодателей, должен был гарантировать неподкупность лиц, наделённых властью, и ревностное выполнение ими своих обязанностей. А служение государству рассматривалось как священная и почётная обязанность, и потому магистраты до середины V века не получали жалованья.

Любой свободный афинянин мог предложить Народному собранию реформу. И любой мог объявить её противозаконной - и во время обсуждения, и даже в течение года после того, как её приняли. Обвинение рассматривал суд присяжных. Если они не соглашались с противником реформы, она утверждалась экклесией и вступала в действие.

Но обвинитель не оставался безнаказанным - его подвергали штрафу в тысячу драхм, если он не получал одной пятой судейских голосов. После трёх подобных неудач его вообще лишали права выступать с обвинениями.

Реформатору же, чьи проекты отвергались как противозаконные, тоже запрещали впредь выступать с предложением, его штрафовали и могли даже осудить на смертную казнь...


============

История древней Греции
/ Под ред. В.И. Авдиева, А.Г. Бокщанина, Н.Н. Пикуса. М., 1972. С. 191

Важнейшим мероприятием афинской демократии в 50-х годах было введение института "графе параномон" (жалоба на противозаконие), который был призван охранять основные принципы неписанной конституции Афин. Сущность этого нововведения заключалась в следующем: каждый гражданин имел право "графе параномон", т.е. право принести жалобу против любого предложения, поступившего в народное собрание или против уже принятого постановления, как на противоречащее существующим законам и направленное во вред государству <срок давности - 1 год>. Введение института "графе параномон" стоит в тесной связи с реформой Эфиальта; некоторые исследователи считают даже, что он был утверждён ещё при его жизни. В институт "графе параномон" были облечены перешедшие к народному собранию и суду от ареопага его контрольные функции хранителя законов и стража государства. "Графе параномон" была надёжным средством демократии охранить от попыток всех врагов демократической конституции изменить какой-либо из её принципов, объявив его противозаконным.
==
История древней Греции
/ Сост. К.В. Паневин. Спб., 1999. С. 236-239.

Однако в использовании гражданами представленного им права жалобы на противозаконие были возможны и злоупотребления. Среди граждан могли найтись и такие, которые пожелали бы воспользоваться жалобой на противозаконие в целях нанесения ущерба государству. Этот случай так же был предусмотрен афинским законодательством. Если жалоба, заявленная в порядке "графе параномон", отвергалась гелиэей и за жалобщика голосовало менее 1/3 присяжных судей, то его тут же привлекали к судебной ответственности за неосновательную жалобу и могли приговорить к суровому наказанию.

Другой гарантией устойчивости существующего демократического строя была особая процедура проведения законов. Проведение законов было обставлено процедурными правилами, чтобы предотвратить народное собрание от опасности скороспелых, необдуманных решений. Ежегодно в первом народном собрании первой притании, происходившей 11-го числа афинского месяца гекатомбэона (около середины июля), перед народным собранием ставился на голосование вопрос: желает ли оно воспользоваться своим правом пересмотра старых законов и рассмотрения новых законопроектов? Если народное собрание решало этот вопрос положительно, отдельные его участники выступали со своими законопроектами. Каждый принятый законопроект передавался затем в совет для детального обсуждения и редактирования. После этого законопроект уже в отредактированном виде снова поступал в народное собрание и в гелиэю на голосование. Одновременно текст его заносился на доску и выставлялся для всеобщего сведения, а также зачитывался гражданам в промежутках между законодательными собраниями, чтобы они могли внимательно и всесторонне с ним ознакомиться. Только при соблюдении всех этих условий в Афинах можно было принять новый закон.
==

Лисий, XV, 9.
Клятва гелиаста <присяжного заседателя>

149. Я буду подавать свой голос в соответствии с законами и постановлениями народа афинян и Совета пятисот. Я не окажу поддержки тирании или олигархии, и, если кто попытается упразднить демократию афинян или станет против неё выступать или вносить предложения, направленные против неё, я не стану им подчиняться. Я не буду поддерживать требования отмены частных долгов или передела земли и домов афинян. Я не стану возвращать на родину изгнанных или тех, кто приговорён к смертной казни. Я не буду изгонять граждан, живущих здесь, в нарушение существующих законов и постановлений народа и Совета афинян, я не буду делать этого сам и не допущу, чтобы так поступали другие. 150. Я не буду утверждать в должности тех, кто не отчитался за свою прежнюю должность, будет ли это один из девяти архонтов или один из тех, кто избирается по жребию в тот же день вместе с девятью архонтами, будь то глашатай, посол или синедр. Я не допущу того, чтобы один и тот же человек занимал дважды одну и ту же должность или чтобы один человек занимал в течение одного года две должности. Я не буду брать взяток, используя должность судьи, сам или кто-нибудь другой или другая от моего имени по сговору со мной, прибегая к каким-либо уловкам или хитростям. 151. Возраст мой - не менее 30-ти лет. Я буду одинаково беспристрастно выслушивать выступление как обвинителя, так и обвиняемого, и голос свой буду подавать по существу рассматриваемого дела. Поклянись же Зевсом, Посейдоном, Деметрой и призови погибель как на себя, так и на дом свой, если ты в чём-то нарушишь эту клятву; если же ты будешь её точно соблюдать, да выпадут тебе на долю многие блага.

Ксенофонт, Греческая история, I, 7. 20
Закон о защите демократии

97. Всем афинянам поклясться на совершённых жертвах, по филам и демам, в том, что они убьют такого преступника. А клятва пусть будет такова: "Я убью и словом, и делом, и подачей голоса, и собственной рукой, если будет возможно, всякого, кто ниспровергнет демократию в Афинах, а также если кто после ниспровержения демократии станет исполнять какую-либо должность, а также если кто восстанет с целью сделаться тираном или поможет утвердиться тирану. А если кто другой убьёт, то я буду считать его незапятнанным и чистым перед богами и божествами, как человека, который убил врага афинян, и я устрою распродажу имущества убитого и отдам половину тому, кто убил, и не утаю от него ничего. 98. А если кто погибнет, совершая убийство какого-нибудь из этих преступников или пытаясь совершить такое убийство, то я буду чтить своими благодеяниями и его самого, и детей его точно так же, как Гармодия и Аристогитона и их потомков.
========================

Они с бесспорностью показали, что в Афинах имелось большое количество рабов. Но рабы эти были сосредоточены не в каких-то чрезвычайно редких крупных рабовладельческих хозяйствах типа римских латифундий, а встречались во всех типах хозяйств. Даже бедные крестьяне имели по 2-3 раба, в средних хозяйствах их было 5-7. В ремесле зафиксированы достаточно многочисленные мастерские, где рабы насчитывались десятками.

Именно насыщенность афинского общества рабской силой и широкое распространение рабского труда создавали условия для того, чтобы рядовой афинянин имел достаточно свободного времени для занятий политикой. Отметим кстати, часто сами греки (во всяком случае наиболее проницательные из них) прекрасно понимали, что раб - это своего рода заменитель машины.

Таким образом, видимо, есть все основания полагать, что одним из непременных условий существования демократии является высокий уровень развития экономики, позволяющий гражданам не тратить все свои силы на добывание пропитания, но дающий им свободное время, которое может быть уделено активной политической жизни.

Ещё одна важная черта демократического строя, необходимая для его существования, - высокий уровень культуры в обществе. В применении к Афинам рассматриваемой эпохи тезис об очень высоком общем культурном уровне настолько ясен, что нет нужды приводить какие-либо аргументы в его защиту.

===================
Цитаты из книги японца Дайсаку Икэда «Выбор Александра»: Радуйся!

Аристотель против демократии ослов, когда любой осёл – благо и рёвом своим омерзительным заглушает всех мудрецов, рвётся к власти.
Сво-бо-да как власть лгать и т.д. с хлебом, вседозволенностью и зрелищами.

Но и «чести более не тому, кто убьёт вора, а тому, кто убьёт тирана», Аристотель.

«Цари и правители не те, которые носят скипетры, не те, кто достигали власти посредством жребия или насилием и обманом, но те, кто умеют править», Сократ.

Отцу я обязан тем, что живу, а Аристотелю – тем, что живу достойно, Александр Македонский.

==
«каждый скорее сменит жизнь на смерть, чем законы своей страны на персидские.», клятва греков при марафонской битве.
==
Tags: гражданское общество, древние греки, народовластие, прямая демократия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment